Случайный выбор:
Интересные статьи:
Для Марины Цветаевой Москва никогда не была просто городом, местом жительства или точкой на карте. Это была стихия, данная при рождении; живой организм, с которым она была связана мистическими и кровными узами; наконец, — главная Муза и единственная настоящая «Родина» в годы вынужденного изгнания. Далее…
Александр Твардовский
Лето в коммуне
Мне отвели покой на сеновале
И — как мне спится, ночью узнавали.
И говорили:
— Хорошо на сене! —
И добавляли, стоя у ворот,
Что был удачен сенокос весенний.
— Ну, спите, спите... Славный нынче год.
Хороший год! —
Явился я в июне
И лето провести решил в коммуне.
В поповской шляпе и в костюме белом
Брожу среди общественных угодий
И занимаюсь пустяковым делом
По доброй воле,
По своей охоте.
Случилось так,
Что я оставлен был
На пасеке.
Придумано чудесно!
Я деду-пчеловоду подсобил
Копаться в ульях, как игрушки, тесных.
Мне в сетке специальной без привычки
Дышалось трудно, появлялся пот,
В лицо мне пчелы чиркали, как спички,
И на мои сандальи капал мед.
Я отступил на шаг от старика,
Он отбивался: правая рука,
Казалось, лазила по всем карманам.
А пчелы яростно вились над ним.
И руки мне он подавал под дым.
Довольно дыму!
Кончена работа,
Мы улей закрываем и вдвоем
По саду в гору медленно несем
Тяжелые, сияющие соты.
Я угощал моих хозяев медом
За белыми столами у сарая,—
И шуткою удобной поощряя,
Меня назвал он
Младшим пчеловодом.
1929
