Случайный выбор:
Интересные статьи:
Женские образы в романе «Доктор Живаго» — это не просто фон для развития сюжета, а полноценные характеры, отражающие сложность эпохи и глубину человеческих чувств. Через призму отношений Юрия Живаго с женщинами Пастернак раскрывает не только личную драму героя, но и трагедию целого поколения. Далее…
Эмигрантский период творчества Марины Цветаевой (1922-1939) представляет собой уникальный художественный документ экзистенциального опыта бездомья. Для поэта, чьё творчество было глубоко укоренено в русской языковой стихии и московском топосе, изгнание стало не просто сменой географического положения, но метафизической катастрофой, переосмыслившей саму концепцию дома. В эмиграции тема дома и бездомья превращается у Цветаевой в стержневой мотив, пронизывающий все уровни её творчества — от интимной лирики до философской прозы. Далее…
Марина Цветаева
Камерата
«Аu moment оu je me dispo-
sais à monter 1’escalier, voilá
qu’une femme, envelopée dans un
manteau, me saisit vivement la
main et 1’embrassa».
Prokesh-Osten
«Mes relations avec
le duc de Reichstadt».
«В тот момент, как я собирался
подняться по лестнице,
какая-то женщина в запахнутом
плаще живо схватила меня
за руку и поцеловала ее».
Прокеш-Остен
«Мои отношения
с герцогом
Рейхштадтским» (фр.)
Его любя сильней, чем брата,
— Любя в нем род, и трон, и кровь, —
О, дочь Элизы, Камерата,
Ты знала, как горит любовь.
Ты вдруг, не венчана обрядом,
Без пенья хора, мирт и лент,
Рука с рукой вошла с ним рядом
В прекраснейшую из легенд.
Благословив его на муку,
Склонившись, как идут к гробам,
Ты, как святыню, принца руку,
Бледнея, поднесла к губам.
И опустились принца веки,
И понял он без слов, в тиши,
Что этим жестом вдруг навеки
Соединились две души.
Что вам Ромео и Джульетта,
Песнь соловья меж темных чащ!
Друг другу вняли — без обета
Мундир как снег и черный плащ.
И вот, великой силой жеста,
Вы стали до скончанья лет
Жених и бледная невеста,
Хоть не был изречен обет.
Стоите: в траурном наряде,
В волнах прически темной — ты,
Он — в ореоле светлых прядей,
И оба дети, и цветы.
Вас не постигнула расплата,
Затем, что в вас — дремала кровь...
О, дочь Элизы, Камерата,
Ты знала, как горит любовь!
