Случайный выбор:
Интересные статьи:
Эмигрантский период творчества Марины Цветаевой (1922-1939) представляет собой уникальный художественный документ экзистенциального опыта бездомья. Для поэта, чьё творчество было глубоко укоренено в русской языковой стихии и московском топосе, изгнание стало не просто сменой географического положения, но метафизической катастрофой, переосмыслившей саму концепцию дома. В эмиграции тема дома и бездомья превращается у Цветаевой в стержневой мотив, пронизывающий все уровни её творчества — от интимной лирики до философской прозы. Далее…
Раннее творчество Марины Цветаевой, воплощенное в сборниках «Вечерний альбом» (1910) и «Волшебный фонарь» (1912), подобно вспышке яркой, ни на что не оглядывающейся молодости. Критики часто отмечали их «домашность», «дневниковость», однако за внешней простотой скрывается мощный романтический бунт, сформировавший уникальный голос поэтессы. Далее…
Борис Пастернак
Пиры
Пью горечь тубероз, небес осенних горечь
И в них твоих измен горящую струю.
Пью горечь вечеров, ночей и людных сборищ,
Рыдающей строфы сырую горечь пью.
Исчадья мастерских, мы трезвости не терпим.
Надежному куску объявлена вражда.
Тревожный ветр ночей – тех здравиц виночерпьем,
Которым, может быть, не сбыться никогда.
Наследственность и смерть-застольцы наших трапез
И тихою зарей – верхи дерев горят –
В сухарнице, как мышь, копается анапест,
И золушка, спеша, меняет свой наряд.
Полы подметены, на скатерти – ни крошки,
Как детский поцелуй, спокойно дышит стих,
И золушка бежит – во дни удач на дрожках,
А сдан последний грош, – и на своих двоих.
1913 год
