Случайный выбор:
Интересные статьи:
Судьба гения часто складывается трагически, но история Марины Цветаевой – это один из самых пронзительных примеров того, как пророчество, брошенное поэтом в вечность, сбывается с неумолимой и горькой точностью. Строка, ставшая названием этой статьи, была написана ею в 1913 году, в самом начале пути, когда юная Марина, полная сил и дерзкой уверенности, только выпустила свой первый сборник. Далее…
История в творчестве Марины Цветаевой всегда была не фоном, а живой стихией, сквозь призму которой она осмысляла современность и собственную судьбу. Её обращение к историческим темам — это не бегство от настоящего, а способ говорить о вечном через прошлое, находить архетипические параллели и выстраивать свой миф о России. Три ключевых произведения — поэмы «Переулочки» (1918-1921), «На Красном Коне» (1921) и цикл «Стихи к сыну» (1932) — представляют собой разные грани её историософии, эволюционирующей от личного мифа к трагическому пророчеству. Далее…
-
* * *
Вопль стародавний,
Плач Ярославны –
Слышите?
Вопль ее – ярый,
Плач ее, плач –
Плавный:
– Кто мне заздравную чару
Из рук – выбил?
Старой не быть мне,
Под камешком гнить,
Игорь!
Дёрном-глиной заткните рот
Алый мой – нонче ж.
Кончен
Белый поход.5 января 1921
-
* * *
Лжет летописец, что Игорь опять в дом свой
Солнцем взошел – обманул нас Баян льстивый.
Знаешь конец? Там, где Дон и Донец – плещут,
Пал меж знамен Игорь на сон – вечный.
Белое тело его – ворон клевал.
Белое дело его – ветер сказал.
Подымайся, ветер, по оврагам,
Подымайся, ветер, по равнинам,
Торопись, ветрило-вихрь-бродяга,
Над тем Доном, белым Доном лебединым!
Долетай до городской до стенки,
С кóей пó миру несется плач надгробный.
Не гляди, что подгибаются коленки,
Что тускнеет ее лик солнцеподобный...
– Ветер, ветер!
– Княгиня, весть!
Князь твой мертвый лежит –
За честь!
-
Плач Ярославны
Вопль стародавний,
Плач Ярославны –
Слышите?
С башенной вышечки
Неперерывный
Вопль – неизбывный:
– Игорь мой! Князь
Игорь мой! Князь
Игорь!
Ворон, не сглазь
Глаз моих – пусть
Плачут!
Солнце, мечи
Стрелы в них – пусть
Слепнут!
Кончена Русь!
Игорь мой! Русь!
Игорь!
-
* * *
По дорогам, от мороза звонким,
С царственным серебряным ребенком
Прохожу. Всё – снег, всё – смерть, всё – сон.
На кустах серебряные стрелы.
Было у меня когда-то тело,
Было имя, – но не все ли – дым?
Голос был, горячий и глубокий...
Говорят, что тот голубоокий,
Горностаевый ребенок – мой.
И никто не видит по дороге,
Что давным-давно уж я во гробе
Досмотрела свой огромный сон.15 ноября 1916
-
* * *
Через снега, снега –
Слышишь голос, звучавший еще в Эдеме?
Это твой слуга
С тобой говорит, Господин мой – Время.
Черных твоих коней
Слышу топот.
Нет у тебя верней
Слуги – и понятливей ученицы.
Рву за цветком цветок,
И целует, целует мой рот поющий.
– О бытие! Глоток
Горячего грога на сон грядущий!15 ноября 1916
